Не тревожьте ведьму - Александра Рий

– Марфа принесла себя в жертву?

– Вы были знакомы? – подозрительно спросил Ратибор.

Доброслав, задумавшись, стал тереть пальцем свой висок, напрочь забыв про кота. Тот, свернувшись клубочком, мирно спал. Ратибору пришлось прочистить горло, чтобы вернуть собеседника к разговору.

– Нет, мы не были знакомы. Но я наслышан о ней.

Ратибору на мгновение показалось, что Доброслав что-то недоговаривает. Скрытность и изворотливость – за эти качества он недолюбливал местного князя. Потому он чаще посылал на переговоры с ним других. Вспомнив о цели своего визита, Ратибор продолжил свой рассказ, а подбираясь к завершению, заметно занервничал.

– Нельзя оставлять ведьму на свободе, – закончил он.

– Нельзя, – мягко согласился Доброслав и, подумав немного, добавил: – Чего ты хочешь от меня?

– Помощи.

Доброслав молчал, оттого Ратибору хотелось схватить его за плечи и хорошенько встряхнуть. Подавив свой порыв, он сказал:

– Она не ведает страха и убивает без разбору. Нынче она возьмется за Красногорье, а завтра явится за вами. Неужто сможешь спокойно наблюдать, как мой народ гибнет, пока ты сидишь здесь в тепле? Нужно объединить усилия и убить ее. У тебя в княжестве есть ведьмы, может, они помогут, – последние слова он произнес с неохотой. – Знаю, между нами не всегда было все гладко, но да, сегодня я прошу о помощи. Взамен проси, что пожелаешь.

Доброслав мягко спустил с колен кота, и тот ушел, задрав пушистый хвост, а князь задумался. Он пару раз открывал рот, потом передумывал и снова хранил благородное молчание. В какой-то момент Ратибор увидел блеск в его глазах, а через мгновение его лицо озарила улыбка.

– Есть кое-что. – Доброслав, встав с трона, подошел почти вплотную к Ратибору. – Помнится мне, у тебя два сына. И вот как мы можем поступить. Я бросаю свои силы на поимку ведьмы…

– Поимку? Ведьму нужно убить!

– Допустим. Если моих сил окажется маловато, могу рассчитывать, что ты предоставишь мне своих людей?

– Несомненно. Но при чем здесь мои сыновья?

– Старший, что после тебя княжить будет, женится на моей Любаве, – еще шире улыбнулся Доброслав и уточнил: – Дочери. Она, конечно, еще мала, недавно родилась, но ради нашего союза, их союза, – поправил он себя, – твой княжич подождет, пока она не подрастет.

– Желаешь породниться?

– Желаю.

Ратибор понимал, что отделался легко, но виду все же не подал.

– По рукам.

Свечи давно погасили, как и огонь в очагах, лишь лунный свет сочился сквозь окна. Доброслав долго сидел в раздумьях и сам не заметил, как уснул. Скрипнула дверь, затем и пол, сквозь сон он понял, что в помещении не один, и открыл глаза.

Лица не было видно, но по очертаниям фигуры можно было понять, что человек этот сидит на скамье, широко расставив ноги, а на коленях у него лежит меч. Доброслав зевнул спросонья и попытался сосредоточить взгляд на госте.

– Я уж думал, ты не придешь.

– Пробраться было непросто, у тебя везде охрана выставлена. Впрочем, как всегда. Но сегодня я не один, сам понимаешь, лишние вопросы нам ни к чему, – мужчина говорил тихо. – С охраной у двери пришлось немного разобраться.

– Разобраться? – так же тихо спросил Доброслав.

– Голова к утру немного поболит и перестанет. Ты, в отличие от Ратибора, беспокоишься о своих людях.

– Нет народа – нет княжества, нет княжества – и князя нет, – с претензией на мудрость сказал Доброслав.

– Какие будут ныне указания?

Князь помедлил с ответом.

– В прошлый раз все пошло не по задуманному. Ратибор всегда был самонадеянным и Ведагора слушать не пожелал, хотя тот хотел предупредить о грядущем, – Доброслав то ли обращался к пришедшему, то ли произносил мысли вслух. – Но Ратибор решил сделать все по-своему. Старые байки оживают на наших глазах, это так волнительно.

– Такое уже случалось прежде?

– Многие поколения назад.

– Значит, Ярославу можно уничтожить? Со слов других, оружие ее не берет.

– Если в прошлый раз все прекратилось, значит, возможность существует. – Доброслав свел пальцы перед собой. – Но надобно ли убивать? Нет.

– Но она… – человек на скамейке слегка приподнялся.

– Тише, друг мой, тише. Вообрази, ежели такая ведьма будет в услужении, то дружина вовсе не нужна. – Доброслав стремительно поднялся и, не глядя на гостя, стал расхаживать. – А с такими соседями, как Ратибор, спать приходится с открытыми глазами.

– Тогда зачем тебе княжич?

– А, он уже рассказал. Я зернышки сею, знаешь ли, не на одном поле. Ты же воин и не понаслышке должен знать о прикрытии тылов. Хотя, признаюсь, не люблю я эти войны, дрязги. Мир и покой – все, чего желаю. И, коль речь зашла о княжиче, каков он?

– Иван, – гость призадумался. – Смышленый и упорный, на отца похож только внешне, норовом совершенно другой. И, как ни странно, добрый. – Чуть призадумавшись, он добавил: – Ратибор держится с ним отстраненно.

– Как превосходно. Старайся, чтобы так и было. А мне предстоит разобраться, как ведьму можно захватить.

Человек поднялся с лавки и собрался уйти, но на полушаге остановился:

– А как быть с Ладимиром?

– Ах, бедный, бедный Ладимир, – скорбным голосом произнес князь. – Мне он был по нраву, немногословен, но умел договориться. Да и Марфа… Такое расточительство. Но чего уж.

Человек проследил, как Доброслав вернулся к трону, и все еще ждал нового поручения.

– Ладимир должен жить, а уж как – придумай сам. Сдается мне, он может пригодиться. Как бы его к себе прибрать…

– Но Ратибор…

– Ратибор напуган, бежал, как заяц. Убеди его, что в казни Ладимира нет смысла, дай ему надежду, скажи правду, да не всю. Не мне же все придумывать за тебя, – уже раздраженно сказал он. – Выведай, что Ладимиру известно о ведьме, но чтоб Ратибор оставался в неведении. А теперь ступай, я немного притомился.

Дойдя почти до выхода, человек, не поворачиваясь, спросил:

– Ты когда-нибудь жалел о том, что все случилось не так, как мы хотели? И почему потом ты отступил?

– Порой жалел, я же не каменный, – с напускной горечью ответил Доброслав. – Особенно печалился о тех несчастных, что рядом с Ратибором оказались. Отвечу и на второй вопрос – надобность отпала. Ратибор сам себя погубит, ему везде враги мерещатся. И чем дальше, тем он их больше сам и создает. Порой, чтобы был хороший урожай, нужно навозом землю удобрить. Главное – не переусердствовать, иначе все сгорит.

Человек не был уверен, что означали последние слова Доброслава, но спрашивать не стал и вышел за дверь.

– Иди назад.

С луком в руках и колчаном за спиной Иван спешил к Искре, а следом за ним поспевал Казимир. Ростом он уступал брату и был ниже на голову, по внешности – чисто мать: белые волосы, худощавое телосложение.

– Не хочу, хочу с тобой, – выпрашивал он.

– Я же сказал, тебе нельзя за город, – Иван резко повернулся к брату.

– Тебе тоже. Наставника твоего сейчас нет, да и отец в отъезде. Не велено покидать Красный город, – настаивал Казимир, – иначе накажут.

– Ну и пусть. И я уже не маленький, в отличие от тебя.

– Я взрослый, мне шесть, и нечего смеяться. Я раньше тебя на коня залез и удержался, в отличие от тебя.

Иван сразу перестал смеяться и разозлился на последние слова. Он подошел к Казимиру вплотную и медленно, по слогам, сказал:

– Ты маленький и глупый и ничего не понимаешь.

– Тогда я все расскажу отцу.

Стиснув зубы, Иван зашагал прочь и напоследок крикнул:

– За тебя это сделает стража у ворот!

Верхом на Искре он отправился к излюбленным местам: сначала заехал на Погребальные холмы, потом на недавно приглянувшуюся поляну. Иван потерял счет времени, пока катался по лесу, а затем упражнялся в стрельбе из лука. У него получалось уже лучше, но в этот раз он решил не выставляться раньше времени и никому не давать повода над собой смеяться. Похвастать умением он намеревался, когда осечек станет меньше или не будет вовсе, потому что не хотел сесть в лужу снова, как в последние дни перед отъездом Яробора.

Тогда Иван решил подстрелить тетерева, тот гордо вышагивал по поляне во всей красе, распустив перья перед тетерками. Он спрятался за кустом, прицелился и выпустил стрелу. Но мало того что стрела не долетела